«Часто полиция сквозь пальцы смотрит на семейные разборки»: истории женщин, пострадавших от домашнего насилия во время самоизоляции

В рамках проекта Glamour и VIP Clinic делимся анонимными историями о домашнем насилии, вспыхнувшем в период самоизоляции.
«Часто полиция сквозь пальцы смотрит на семейные разборки» истории женщин пострадавших от домашнего насилия во время...

Домашнее насилие, помимо психологических травм, часто оставляет на теле жертвы увечья, напоминающие ей о пережитом ужасе. Избавиться от шрамов помогают пластические хирурги VIP Clinic — они адресно помогают женщинам избавиться от следов насилия, а значит, и от части неприятных воспоминаний.

Если вы или ваши близкие столкнулись с домашней тиранией, повлекшей физические увечья, Glamour и VIP Clinic предлагают помощь

Две участницы благотворительного проекта смогут бесплатно сделать операцию в VIP Clinic и скорректировать следы полученных травм. Подробные условия участия читайте в правилах благотворительного проекта.

Glamour совместно с сетью взаимопомощи «ТыНеОдна» собрал истории трех российских женщин, подвергшихся домашнему насилию в период карантина (их имена изменены). Сеть «ТыНеОдна» создала чат-бота в Viber для пострадавших от домашнего насилия. С помощью него женщины могут оперативно найти контакты юристов, психологов, волонтеров и других специалистов, которые предоставляют экстренную бесплатную помощь.


Елизавета


У нас в семье ситуация обострилась в период самоизоляции — несколько недель назад мне даже пришлось вызывать полицию. Начну с того, что мой муж не отличается спокойным нравом, и да, оскорбления в нашей семье — почти норма. Так было и в тот день: на кухне между мной и мужем завязалась ссора, я просто «отзеркаливала» то, что он говорил. В какой-то момент он настолько разозлился, что запустил в меня полную банку арахисовой пасты. Я сидела в кресле и пыталась работать — каким-то чудом мне удалось увернуться. Он подошел ко мне, толкнул, отобрал телефон и вышвырнул его на улицу. Я скинула его телефон со стола на пол, давая понять, что за любым действием последует противодействие. Усадив меня толчком в кресло и зажав мне руки, он ударил меня несколько раз кулаком в лицо. Синяка не появилось, но меня спасло то, что я сидела, — после удара в глазах помутилось.

В этот момент спустилась няня со второго этажа, я взяла ее телефон и побежала вызывать полицию. «Вызывай кого хочешь, они мне ничего не сделают. Над тобой будут смеяться как над дурой», — крикнул мне вдогонку муж. Приехала полиция, поговорили со мной, с мужем. После двое полицейских вышли на улицу, закурили и, выпуская клубы дыма мне в лицо, сказали: «Разводитесь и не мучайте друг друга», развернулись и уехали, предварительно отправив меня на судмедэкспертизу, которая не работает. Благо, у меня есть юридическое образование и возможности — я оставила ребенка няне и потратила несколько дней на решение этого вопроса, получение документов в травмпункте и так далее. Я уже не говорю о том, что мне не хотели давать заключение, ссылаясь на карантин, и так далее.

У женщин нет защиты, они сидят и терпят, потому что знают: я нажалуюсь, придет полиция, уйдет, а он останется со мной — и в итоге я еще и получу от него за то, что вызывала полицию.

Что происходит сейчас? Я стараюсь не оставаться дома одна. Вся эта история возникает лишь потому, что у женщин нет защиты, они сидят и терпят, потому что знают: я нажалуюсь, придет полиция, уйдет, а он останется со мной — и в итоге я еще и получу от него за то, что вызывала полицию. Безнаказанность усугубляет происходящее в миллиарды раз.

Когда я озвучила эту ситуацию в социальных сетях, я получила огромный отклик — многие писали о том, что в подобных ситуациях находятся их дочери, подруги, они сами… И они не могут уйти, как и я. Есть определенные финансовые сети. Вы думаете, почему я не ухожу? У меня долгов под 20 миллионов: ипотеки, рассрочки… Сейчас пытаюсь закрывать все дыры, и я не понимаю, почему я должна убегать из дома с ребенком, котами и всем хозяйством, хотя дом мы строили вместе.


Кристина


Cамая большая сложность, что я нахожусь совсем в другой стране. Границы закрыты, эвакуация будет неизвестно когда, МИД и посольство говорят только одно — ждать. Мой партнер понимает, что я в очень уязвимом положении, и пользуется этим. Хотя долгое время мы оба старались удерживать баланс.

Ему сложнее переживать изоляцию, я к этому подхожу с большим принятием: раз нельзя в данный момент что-то изменить, надо отдыхать, учиться, заниматься спортом — дома можно много чем заняться, тем более вдвоем. Выход стрессу давала с помощью спорта, онлайн-образования, чтения. Предлагала партнеру присоединиться, была готова сама присоединиться к каким-то его идеям, чтобы мы могли вместе проводить время. В итоге партнер или отказывался, или соглашался, но в итоге все равно не присоединялся. Отказывался от совместных завтраков, спорта. Точек соприкосновения становилось все меньше и меньше. Получая отказы на свои предложения, я со временем перестала что-то предлагать. При этом его начинает бесить, когда я читаю или занимаюсь за компьютером, — видимо, его просто бесит, что я занята, а он не может так же себя занять.

Апогеем стал момент, когда я смотрела онлайн-курс. Был предпоследний день доступа, и мне было важно закончить вовремя — о чем я говорила и с чем партнер согласился. Однако, увидев меня за ноутбуком, он стал нарочно мне мешать, потом подключил электрогитару к динамику на полную мощность (это очень громко) и стал даже не играть, а просто создавать пронзительный шум. Я психанула, хотела досмотреть хотя бы текущий урок — ни слова не сказала, просто ушла в другую комнату и закрыла дверь.

В этот момент он выключил вай-фай. Я спускаюсь к нему, спрашиваю, зачем он это сделал, предлагаю поговорить. Он самодовольно ответил: «А тебе больше не нужен интернет». Споры «какого хрена ты за меня решаешь» или очередная мудрая попытка «давай обсудим, давай я выслушаю тебя» — это все не работает. Человек уже в стадии гнева. Я ухожу в другую комнату, он догоняет и заставляет вынуть и отдать симкарту, чтобы я уж точно осталась без связи. Мне страшно, я не хочу провоцировать его еще больше, хотя, естественно, не принимаю его поведение, — и отдаю симку.

Ты никогда не знаешь, когда и почему эта бомба замедленного действия взорвется.

Снова пытаюсь выйти на разговор — не работает. Это будто другой человек. Все бесполезно. Предлагает мне собрать вещи и уйти, так как он «не хочет видеть меня в своем доме». На мои слова, что я не могу уйти, границы закрыты, отвечает, что «отсюда-то уйти сможешь». Все дальнейшие попытки хоть как-то все обсудить пресекаются — говорит: «Не хочу тебя слушать, и говорить больше не хочу. Скажи спасибо, что у тебя есть кровать и крыша над головой, и я передумал тебя выгонять». При том, что он не хочет говорить, он преследует меня: уйду в спальню, чтобы остаться одной, — идет туда и ложится спать; я не выдерживаю и ухожу в гостиную спать на диван — он идет туда. Просто молча. Опять мне пришлось смириться. В итоге он поспал, а после — как ни в чем не бывало.

Сейчас все относительно спокойно (не хочу даже употреблять слово «хорошо» — просто спокойно). Он опять нормальный, иногда даже милый, я играю хорошую девочку, чтобы просто пережить это все до тех пор, пока не будет эвакуации, или вылета, или другой возможности свалить, и чтобы меньше поводов было его спровоцировать — хотя этот человек всегда найдет псевдоповод для абьюза: тут все зависит не только от «вводных данных», от меня или внешних обстоятельств, но и просто от момента — «повезет — не повезет».

Это абьюзер. Нарцисс и, возможно, психопат. И в этом и есть печальная «фишка» таких людей: ты никогда не знаешь, когда и почему эта бомба замедленного действия взорвется. И я никогда не расслабляюсь — он, скорее всего, нападет именно тогда, когда ты расслабилась и позволила себе проявить свое человеческое.


Алефтина


24 февраля я с двумя детьми сбежала к маме и подала на развод. 31 марта бывший пытался силой забрать детей, приехал к нам под предлогом того, что привез продукты. Вместе с продуктами к нам приехали скандал и драка: он швырял меня по всей квартире и требовал отдать детей. Полицию удалось вызвать с большим трудом. Тогда вся эта коронавирусная изоляция только начиналась, и подобные драки рассматривали как бытовуху. Увы, часто полиция сквозь пальцы смотрит на семейные разборки.

В итоге мама спрятала меня и детей у соседей, пока бывший муж громил квартиру и закатывал истерику. Что было дальше? Он выследил соседку, у которой мы прятались, передал через нее подарок дочери на день рождения. После этого он не звонил, не писал, а сейчас занят вопросом лишения меня родительских прав. Угрожает забрать детей.

Увы, часто полиция сквозь пальцы смотрит на семейные разборки.

До того, как я сбежала от мужа, он не выпускал меня из дома. Требовал с меня расписку, что я отказываюсь от детей. А знаете, что самое интересное? Мы разводимся, потому что я заподозрила его в растлении детей (1,5 и 3 года) — я застала бывшего мужа за тем, как он гладил старшему ребенку половые органы. У нас произошел серьезный конфликт. Он никогда не был ни идеальным мужем, ни идеальным отцом, но я до какого-то момента терпела: думала, что подрастут дети, вернусь к работе, что-то наладится… Но описанное событие поставило жирную точку.

Сейчас я не знаю, что делать. Понимаю, что растление было. Не знаю, что именно и как, но в поведении ребенка все говорит об этом: она в трусики к себе заглядывает, в игре «яйца» из трусиков достает… Все это очень и очень страшно. И я действительно не понимаю, что мне делать дальше, у меня волосы стоят дыбом.

Фото: Getty Images