«Я неугомонный. Если соберусь отдыхать, точно не смогу сидеть дома»: Александр Петров

Ольга Шелест и Александр Петров­ вместо обеда заказали десерты и обсудили сладкую жизнь актера — ­растущую популярность, авторский­ спектакль «Заново родиться» и новый фильм «Лед».
Александр Петров интервью с актёром фото

Рассказывайте, ­актер Саша Пет­ров, не снесло у вас еще ­крышу от ­успеха?

Знаете, бывает, после громких премьер засидишься с друзьями в баре кинотеат­ра. Уже ночь глубокая, ты ­споришь о чем-то, разговариваешь и наблюдаешь такую картину: приходят нормальные ребята, в робах своих, сворачивают красные дорожки, плакаты с твоим изображением. «Валер, ну че там, давай эту фигню, тащи туда, Миша уже на входе стоит на «газели­». И ты понимаешь, что вся «эта фигня» — она туда, в эту «газель» грузится. В одну­ секунду карета превращается в тыкву, и это помогает трезво смотреть на многие вещи.

У вас как будто ураганом все случилось. Или это со ­стороны так кажется?

Это со стороны так кажется.

И тернии перед звездами были­?

Были, были. ** Ночевали на вокзале, ели сухие­ макароны...**

Макароны ел, на вокзале, ­слава богу, не ночевал. Но это был долгий путь с 2008 ­года. Поступ­ление, ГИТИС, выпуск, театр, съемки, сериалы. Наконец-то первая большая роль в «Притяжении», потом «Гоголь», «Лед».

«Лед», кстати, на днях стар­товал в кино. О чем фильм?

Это такое семейное кино. С ­музыкой, с драмой, при этом и смешно, и круто снято. История о том, что даже если ситуация прямо совсем ­безвыходная, то есть такая штука, которая может победить абсолютно все. Любовь ­называется.

Что вы там побеждаете?

Мы там побеждаем, скажем так, диагноз главной ­героини (ее сыграла­ Аглая ­Тарасова. — Прим. ред.). Она — одна из лучших фигуристок страны, ­получает серьезную травму и знакомится с моим персонажем, который ее поднимает на ноги, заставляя поверить в мечту, в себя, в любовь. И на фоне этого разгораются разные страсти. Много событий и мест, Иркутск, Байкал. Настоящие фигуристы, которые нас дублировали, выполняли трюки в минус тридцать на чистейшем льду Байкала, который с тобой разговаривает.

Разговаривает?

Да! Стоишь на льду, а под тобой что-то трясется, люди прямо пугались — ощущение, что провалишься сейчас. Но куда там! Толщина такая... Так вот, если лечь и приложить ухо к этой толще, там внутри какие-то звездные войны происходят. И когда солнце поднимается, лед нагревается, это все превращается в симфонию. Потрясающе. И финал у нас там потрясающий, сумасшедший вообще. Уверен, что зрители останутся неравнодушны и будут и слезы, и смех... Это действительно духоподъемная картина, и, мне кажется, зрители будут выходить с каким-то очень светлым ощущением, с желанием сделать что-то доброе, невозможное.

«Во время спектакля я могу сесть со зрителем рядом, могу с ним постоять. Мне всегда это очень нравилось — когда ты совершенно стираешь границы».

А что хотят сделать люди, которые выходят с вашего спектакля «#ЗановоРодиться»?

Ох, это такая интересная ­штука. Не знаю, меня очень ­часто спрашивают, что это такое. Но это надо увидеть. Там сцена, много экранов, ­живая музыка, можно снимать, фотографировать, то есть абсолютная свобода у всех.

Разговаривать по мобильному телефону тоже можно?

Если захотите — ­пожалуйста. Нет никаких ограничений, мол, мы в театре, извините, ­выключите мобильный. Но суть в том, что никто и не хочет ­отвлекаться, ни у кого телефоны не звонят. Сначала люди к ­этому немножко настороженно ­относятся, а впоследствии прямо раскрепощаются­.

**О чем спектакль? **

Это придуманная история о любви, о Ромео и Джульетте нашего времени, рассказанная нестандартным способом с помощью стихов, с помощью внушительных импровизационных монологов. Это кино­фрагменты на экранах, живая камера, чтобы издалека зритель понимал, что происходит с ­героем.

**У вас в этом году уже книжка вышла (сборник ­текстов из постановки «#ЗановоРодиться». — Прим. ред.), фильм, сериал, спектакль идет. В затяжной отпуск не хочется? **

Я думаю, еще годок, а потом... А потом еще годок, и еще... Ну это же фанатизм профессии. Ты, во-первых, придумываешь что-то, потом ты окунаешься в какие-то проекты, потом понимаешь, что, блин, хочется посмотреть, а что же происходит с другой стороны камеры, и что надо вообще свое кино снять. Я, даже если отдыхать соберусь, дома сидеть точно не буду. Вот такая неугомонность.

Фото: Evgeny Sorbo. Стиль: Анастасия Кириллова. На Ольге: платье, H&M Studio; туфли, Casadei; джинсы, собственность Ольги