Александр Гудков, Мария Миногарова и Аглая Тарасова — о любви, мечтах и юморе

23 января на экраны выходит комедия «Марафон желаний» (12+), главные роли в которой исполнили Аглая Тарасова и Маша Миногарова, а к сценарию приложил руку Александр Гудков. Давно известно: где Гудков — там слезы (от смеха, конечно). Так что готовьте платочки.
Александр Гудков Мария Миногарова и Аглая Тарасова — о любви мечтах и юморе

На Маше: жакет, брюки, все Louis Vuitton; шапка, Friend & Function; кроссовки, собственность Марии; серьги, подвески, все Bvlgari. На Аглае: рубашка, шорты, жакет, туфли, все Prada; гольфы, Calzedonia; шапка, Friend & Function; кольцо, серьги, все Bvlgari. На Александре: рубашка, Louis Vuitton; пальто, шарф, все Prada; шорты, Iceberg; ботинки, Santoni; шапка, Friend & Function; носки, собственность Александра; часы, Bvlgari.

«Где мы потеряли Машу? Саша, отдай Glamour! Мы его тебе потом подарим. Аглая, пожалуйста... Где Аглая?!»

Интересно, Даше Чаруше так же сложно было собрать эту троицу на одной площадке? Фильм «Марафон желаний» — ее режиссерский дебют, Гудков — соавтор сценария и исполнитель небольшой роли. Завязка стара как мир и актуальна как никогда­: провинциалка Марина (Тарасова) хочет вернуть возлюбленного и по совету подруги (Миногарова) собирается участвовать в марафоне желаний (ведь так мы и покоряем новые вершины последние пару­ лет, разве нет?). А дальше — как в жизни: все было бы грустно, если бы не было так смешно.

На «Марафоне желаний» у этого трио явно случилась химия взаимопонимания (вы увидите это на экране), — и поэтому мы решили: пока они на одной волне, пусть поговорят друг с другом сами, без нашего участия. Темы для разговора мы просто написали на карточках — актеры выбирали их вслепую, не зная, о чем пойдет речь.

Тренч, Inshade; головной убор, Miu Miu; часы, кольцо, подвеска, все Bvlgari.

«Я всегда за самоиронию. Без нее юмор — злой, а это точно не моя тема».

Инстаграм

Саша: У меня есть такая штука: я ложусь в кровать с телефоном и не могу уснуть, если не посмотрю все сторис, у каждого. Я как будто их жизни проживаю. Днем у меня нет на это времени, а ночью я самая большая свинья, лежу и смотрю: «Ой, что она с собой делает?», «А ты куда там ушел?», «Зачем ты это выложил?» Мне кажется, сейчас инстаграм — главная социальная Мекка всех людей на ­планете.

Маша: А TikTok?

Аглая: Кстати! Я не понимаю, что это такое. Вроде должно быть прикольно — но мне нет. А вот инстаграм помогает мне оплачивать квартиру в центре Москвы.

Саша: Кажется, я единственный, кто рекламу не выставляет. Только друзей поддерживаю. Вот Муся Тотибадзе выложит клип — я поставлю.

Маша: А меня?

Саша: Обязательно.

Аглая: А я, кстати, люблю сторис Миногаровой. Там все просто: «Я и моя жизнь».

Саша: И если она не выкладывает ничего­, то мы все за нее переживаем. Вот Маша­ сходила в «Мутаборчик». Вот она уже в Диснейленде с мамочкой. Выложила ­сторис? Значит, все у нее прекрасно.

Маша: Видите, я дарю людям радость бытия­. Своего.

YouTube

Аглая: Я часто набираю в YouTube «Гудков». Для меня ты символ­ качества нашего юмора. У меня есть видео­ в инстаграме, которое я часто пересматри­ваю, — ты там случайно бьешь Ревву по руке (в одном из выпусков шоу Comment Out. — Прим. ред.).

Саша: Это было так страшно.

Аглая: И так смешно!

Саша: Я случайно ударил его тростью. А она огромная, деревянная. Я думал, что сломал ему руку. Мне так стыдно было, я не знал, что делать... Так, давайте я лучше про YouTube скажу. Это вторая штука, которую я открываю, когда просыпаюсь. Первая — «Яндекс», потому что я работаю на «Вечернем Урганте» и надо ловить новости. Вторая — YouTube, я всегда смотрю, что там в трендах. «Мы запекли гигантскую белугу» — и я такой: «Чего-о-о?» И только потом понимаю, что ничего хорошего в этих трендах я не увидел. Знаете это чувство, когда понимаешь, что не надо­ смотреть, но все равно все смотришь? В общем, в YouTube я всеяден.

Маша: А я вот совсем не всеядна. Мне нравится исключительно BadComedian, «Чикен Карри» и еще в последнее время «Что было дальше?». И комик Александр Долгополов.

Саша: Прекрасный человек.

Аглая: Я запишу.

Бомбер, шорты, носки, все Prada; меховая шапка, «Меха Екатерина»; ботинки, Santoni.

«Исполнить чью-то мечту так же классно, как и свою. Нет, ну я серьезно».

Работа

Маша: Наша следующая карточка... «Работа­»!

Саша: А у тебя вообще есть трудовая книжка? Ты работала где-то?

Маша: Конечно. Кассиром-операционис­том в магазине Calvin Klein.

Саша: А я был педагогом дополнительного образования в лагере. Хотя нет, я еще работал в Mars. Проверял там склады, ездил по России. А у тебя, Аглая, какая последняя запись в трудовой книжке?

Аглая: У меня ее нет. Но я ­нелегально ­работала официанткой в 17 лет. У меня­ был первый проект на Первом канале, где мне дали главную роль. Я поснималась, и проект заморозили. Я вернулась в Питер и решила работу найти — набрала в интернете «официантка», выписала пять ресторанов, дошла до первого и там и осталась. Работала, пока проект не возобновили и я снова не начала ездить на съемки. А еще, лет в 15, нас с подругой на улице спросили, не хотим ли мы про­давать билеты в театр.

Саша: Это такие люди, которые звонят и предлагают билеты по телефону?

Аглая: Да, они. Мы пошли в какую-то обшарпанную комнату, где сидит куча людей и все просто обзванивают народ по справочнику и предлагают билеты. Если продаешь, 10 % от стоимости — твоя зарплата. А потом выяснилось, что это были билеты на несуществующие спектакли! Когда я про это узнала, сразу уволилась.

Саша: Маш, а ты где, говоришь, работала?

Маша: Про нелегальное я рассказывать не буду. А так ничего такого: кассир-операционист. Приходил ко мне человек с инкассационными­ пакетами, я туда складывала деньги, он уходил. Не очень весело.

Платье, Miu Miu; шляпа, Lilia Fisher; туфли, Be Blumarine; подвеска, Dior.

«Я хочу, чтобы после нашего фильма люди выходили из кинотеатра с верой в то, что у них все будет хорошо».

Любовь

Саша: Ну что? Жахнем за любовь? Про какую­ будем рассказывать? Про первую­, вторую, последнюю? Могу про первую­ рассказать. Мы с ней с первого класса­ учились вместе и были соседями­ по дому­. У нас была общая стенка в ванной­, туалете­ и на кухне. Она в одном подъезде, я — в другом. И у нас были тайные­ сигналы: когда мы мылись в ванной, били­ по батарее. А еще у нас была натянута­ веревка­ из окна в окно с коробкой из-под обуви­ — и мы такой гроб катали. Что только мы друг другу не передавали­!

Маша: Подожди. Ты бил в батарею в ванной­?

Саша: Ну я знал, что она моется, и стучал.

Маша: А если там ее мама?!

Саша: «Тетя Маша! Где Катя?» Ну, я знал, что это она. А она стучала мне в ответ. Мои родители хотели пробивать стенку в кухне­, чтобы мы через улицу не ходили из подъезда в подъезд. Ближе Кати у меня не было никого. Все, что приходило в голову, все мы делали вдвоем. Допустим­, прочитали, что можно есть каштаны, залезли на дерево­, съели каштаны, проблевались. Еще варили мухоморы, лазили на помойку, подожгли палатку и свалили на одного парня. Но потом я ушел в другую школу, и как-то все сошло на нет. Но мы до сих пор хорошо­ общаемся.

Аглая: Знаешь, пока ты говорил, я перебирала в голове все свои любови и поняла, что ни об одной из них нельзя рассказывать в присутствии журналистов...

Юмор

Маша: А прикиньте, была бы карточка не «Юмор», а «Юрмала»?

Саша: Тут я мог бы все что угодно рассказать­, я занимаюсь латышским по скайпу.

Маша: Зачем? Эмигрируешь?

Саша: Ну мало ли! Давайте про юмор все же. Самый классный юмор — ­непридуманный, который рождается­ здесь и сейчас. Когда говорят репризами — это сразу видно, это не жизнь. Вот вы в фильме говорили из жизни, и это ­весело.

Аглая: Да, мы много импровизировали — и мне это нравится. Когда я читала сценарий «Марафона», там ни одной шутки ниже пояса не было, все на тонкой грани — такое я тоже люблю. С юмором надо быть аккуратными.

Саша: И кстати, никто бы из нас не справился со своими комплексами без юмора. Я себя принял где-то на 28-м году, понял принцип своего существования в этом мире. Понял, что нужно все через призму­ веселья воспринимать. Ну родился я такой­ странный — ну и окей.

Маша: Меня тоже считали странной почему-то. Хотя я все время была норм.

Аглая: А еще мне кажется, юмор не может без самоиронии существовать.

Маша: Я не люблю людей, которые не умеют­ шутить, не обижая других.

Аглая: А если им ответить — потом сами и обижаются.

Маша: Так чаще всего и бывает!

Мечта

Саша: Ребята, вот про что весь наш фильм! Вот у меня, Саши Гудкова, никогда не было такой мечты — снять кино­ или сняться в нем. Я всегда считал, что кино — это для людей, которые учились. Мы с Машей в этом отношении полные дилетанты, и когда меня пригласили поучаствовать в «Марафоне­ желаний» — в качестве актера, да еще и диалогиста­, — я все думал: это моя мечта или нет. С одной стороны — нет, с другой — да. Мечта — встретить таких людей. Это кино нас всех объединило: и Дашу Чарушу, и Найшуллера (режиссер Илья Найшуллер, муж Даши Чаруши, продюсер «Марафона желаний». — Прим. ред.), и Яну Троянову, и многих других... Но я в жизни не думал, что буду с ними общаться, весь такой гоголем ходить и даже объяснять, кому что ­говорить.

Маша: А у вас есть какая-нибудь дурацкая или нелепая мечта?

Саша: Ну, уехать жить в Латвию! Ладно, девчонки, про мечты давайте.

Маша: Компьютер для игр купить — хочу­ как в детстве играть. Так получилось, что все мечты у меня уже исполняются­: и «Орел и решка», и фильм крутой. О чем еще я могу мечтать?

Аглая: А я, пожалуй, промолчу.

Саша: У нее сбылось уже все.

Аглая: Еще не все, но как раз для того, чтобы­ сбылось, — промолчу.

Зашквар

Аглая: Что это тут написано? «Зашквар»? Господи, я уже не понимаю, что некоторые слова значат.

Маша: Так уже не говорят.

Аглая: То есть сейчас уже зашквар говорить «зашквар». Правильно?

Саша: Да, идем дальше.

Знакомство

Аглая: А давайте расскажем, как мы с ­Дашей Чарушей познакомились? Я ее встретила на журнальной съемке. Даша на меня совершенно завороженно смотрела, как и я на нее. Даша говорит, что она сразу почувствовала, что тандем сложится­.

Маша: А я с Дашей познакомилась очень смешно. На мероприятии в торговом центре «Цветной» я у всех брала интервью в прямом эфире — тогда только появился Periscope, и мы решили, что это модно. Тут в зале, где проходит мероприятие, начинает играть музыка — и никого из собеседников вообще не слышно. Я беру у кого-то розовые наушники, наматываю их на руку, микрофон на пальце, и получается, что я беру интервью в палец. Горбачева, Собчак, Кукушкин — все радостно говорили, и только Даша Чаруша­ возмутилась. Сказала: «А что вы интервью в палец берете?» Было неприятно. А потом­ я прихожу сниматься в клипе Билана (Даша­ Чаруша — режиссер клипа на песню «Пьяная любовь». — Прим. ред.), ­открывается дверь — и сидит Чаруша. У меня просто глаза наливаются кровью, а она радостная: «Привет, приятно познакомиться!» Мы потом обсуждали эту ситуацию, пытались понять, как так вышло и почему в первый раз мы не сошлись.

Саша: А мне позвонила Яна Рудковская и сказала, что у Билана & Polina есть песня и нужно придумать классный клип. Я пригласил двух режиссеров, чтобы выбрать одного. Сижу как цензор, и заходит девочка в гипсе и на костылях — у Даши была сломана нога. И начинает объяснять: тут мы сделаем это, тут то. После был еще один парень-режиссер, но я его уже не слушал, потому что обалдел от напора девочки со сломанной ногой, которая в первый раз пришла в логово Яны Рудковской. Знаете, это мое любимое царство пластика, золотых тарелок Димы, наград Жени и фотографий Гном Гномыча. Яна потом подходит и спрашивает, кого я выбрал. А мне даже думать не ­надо было!

Музыка

Саша: Я тут недавно сдавал генетический анализ...

Маша: Ты у Малахова в программе, что ли, был?

Саша: А если бы! Нет, просто анализ. И вот он показал, что у меня нет генетической возможности петь. Слух есть, но петь не могу.

Аглая: Это можно узнать по анализу?

Саша: Получается, да.

Аглая: Мне тоже надо такой сдать, а то Чаруша­ хочет со мной что-то записать.

Саша: Но музыка играет в моей жизни большую роль. Я очень много всего слушаю, плей-листы всякие тинейджерские.

Маша: Вроде Yanix, T-Fest?

Саша: Это ты уже старье называешь! Вроде­ такого: «Плейлист для драки с матерью» (альбом группы «Космонавтов нет». — Прим. ред.) Не слушала такого?

Маша: Нет. И не надо.

Отдых

Аглая: Мне кажется, что тут нам надо про Новый год рассказать.

Саша: Когда выйдет номер, уже и Новый год пройдет!

Аглая: Ну все равно же интересно, кто как отдыхает. Я вот, например, сделаю кучу прививок, чтобы исследовать дикие племена Новой Гвинеи.

Саша: Прямо исследовать?

Аглая: Ну да. Племена, в которых люди не знают сколько им лет, а некоторые до сих практикуют каннибализм.

Саша: У меня с отдыхом все просто. Латвия­.

Маша: Интересно, что у всех отдых ассоциируется с путешествиями. А я буду стоять­ на своем: компьютер!

Фото: Ольга Тупоногова-Волкова.

Текст: Наталья Сысоева.

Стиль: Полина Шабельникова.

Макияж и груминг: Наталия Огинская @ProFashionLab.

Прически: Наталья Йонг @ProFashionLab.

Ассистент фотографа: Константин Егонов.

Ассистенты стилиста: Валерия Бабужапова, Анна Огай.

Сет-дизайн: @SD-studio.

Продюсер: Тамара Айдемир.

Ассистент продюсера: Дарья Нагорнова