Как понравиться Скриптониту и стать главным музыкальным открытием года? Отвечает группа «Сестры»

Маруся и Настя Муравьевы из дуэта «Сестры» долго писали музыку «в стол», пока не повстречали на своем пути Скриптонита. Теперь их называют самой многообещающей инди-поп-группой страны.
Как понравиться Скриптониту и стать главным музыкальным открытием года Отвечает группа «Сестры»

В конце октября «Сестры» выпустили дебютный альбом «Когда были волны». И все. Они не мелькали на светских мероприятиях, не давали концертов (ковидной осенью ни того ни другого, по сути, и не было), не ездили в Суздаль с экспедицией Gucci — но о них заговорили. Маруся (на фото она слева) и Настя делают спокойное и модное инди. Музыкальный критик Олег Кармунин говорит, что это «самая смелая поп-музыка сегодня».

«Сестры» и правда сестры. Маруся и Настя уже много лет вместе пишут музыку и — на случай, если вы устали от неофитов и любителей в современной культуре, — у каждой из них профессиональное музыкальное образование. Их творчество так и могло быть достоянием, известным только узкому кругу семьи, но их демозаписи попали в руки к Скриптониту, он подписал их на свой лейбл Musica36. Сами сестры — поэтому они так органично существуют под крылом Скриптонита — коммуницируют с миром только посредством музыки. Если хотите, чтобы 2020-й запомнился еще и чем-то хорошим, добавляйте в плейлист «Сестер». И посмотрите клип на трек «Нет дела» — он очень атмосферный.

На Марусе: жакет, брюки, все FCeight × Roman Reznitsky; футболка, Uniqlo. На Насте: худи, Levi’s; юбка, Calvin Klein.

Вашу музыку называют смелой. Согласны с таким утверждением?

Настя: Честно говоря, мы не мыслим такими категориями. Просто делаем то, что нравится, и так, как нравится.

Слышала, что у вас практически не было шансов не заниматься музыкой. Все в вашей семье на чем-нибудь играют...

Н.: Да, многие наши родственники — из среды академических музыкантов. В детстве у нас дома постоянно звучала классическая музыка. Мы ее слушали, обсуждали, учились играть.

Content

This content can also be viewed on the site it originates from.

А как же подростковый протест, когда «не хочу слушать вашего Моцарта, хочу свое»?

Н.: У меня был период, когда я Rammstein слушала и другой тяжеляк.

Маруся: У нее вся комната была постерами обвешана. А вот у меня не было такого подросткового периода. В 13 лет я хотела стать скрипачкой, слушала скрипачей и терпела ее Rammstein.

И когда расхотели быть скрипачкой?

М.: А я не расхотела, я ею стала.

Н.: Маруся сначала училась в музыкалке по классу скрипки, потом в музыкальном колледже и в институте.

Теперь дайте угадаю. Если Маруся училась играть на скрипке, то Настя — на фортепиано?

Н.: Да, но потом пошла учиться на классическую гитару в колледж. А в Гнесинке уже училась на эстрадном вокале.

М.: Ей всегда хотелось пробовать разное.

Instagram content

This content can also be viewed on the site it originates from.

Когда вы решили объединиться?

Н.: Мы давно вместе пишем. Просто очень много было написано «в стол». У нас обеих была какая-то параллельная работа. Я преподавала вокал. Маруся — скрипку. Но сейчас все ушло на второй план, мы занимаемся только своей музыкой.

Вот вы писали вместе музыку. А что вы делали, чтобы ее кто-нибудь услышал?

М.: Если честно, то толком ничего.

Н.: Может, мы были наивными, но верили: если делать это круто, рано или поздно выстрелит. Такое наивное убеждение.

Как во всей этой истории появился Скриптонит?

Н.: У музыкантов в принципе своя тусовка, все друг друга слушают. Мы работаем вместе с Пашей (музыкальный продюсер Павел Петренко . — Прим. ред.). Он показал нашу музыку своему другу, а тот — Адилю. Есть же теория о рукопожатиях. Вот нам до Адиля оказалось два рукопожатия.

Я часто слышу, что молодым музыкантам сейчас лейбл не нужен. Вам он зачем?

Н.: Кому-то не нужен, есть ребята, которые знают, как себя подавать. У некоторых музыка может быть даже не главным вектором — они просто знают, как привлекать к себе внимание. Вот это все не про нас.

М.: Да, мы просто сконцентрированы на музыке и что-то в ней действительно понимаем.

Instagram content

This content can also be viewed on the site it originates from.

Кто для вас лучший музыкант в России прямо сейчас?

М.: Это сложный вопрос, потому что сейчас очень много крутых ребят, но крутых в разных вещах. Мы можем кого-то особо не слушать, но глупо отрицать, что эти люди — молодцы. Как, например, тот же Моргенштерн.

И что вы о нем думаете?

М.: Я считаю, что у него потрясающая интуиция, он чувствует время. В нем много энергии. Но это не совсем про музыку.

Н.: Да, а если брать именно музыкантов, то это уже другие: Скриптонит, Дорн, Антон Беляев. Они большие ребята именно в музыке.

«Мы не ориентируемся на внешние обстоятельства или на то, в какое странное время мы живем. Мы просто делаем музыку так, как чувствуем».

М.: Есть еще люди, которые пишут крутые тексты. Например, я не гоняю в плеере Хаски. Но, когда открываю его текст, сразу понимаю, что это крутая поэзия.

А из западной музыки?

Н.: Мы восхищаемся Фрэнком Оушэном. У него все круто: открываешь текст, читаешь — и это здорово. Слушаешь музыку — она очень высокого уровня. У него идеальный вкус во всем. М: И его музыка не надоедает вообще. Ее можно слушать очень долго, но нет чувства пресыщения. В ней есть какой-то особый ингредиент.

То, чего и вам хочется добиться в своей музыке?

Н.: Да, в том числе!

Фото: Стас Мартынов