«Брак нужен женщине, потому что это контракт»: Кирилл Толмацкий a.k.a ДеЦл

Музыкант Кирилл Толмацкий, он же Децл, впервые согласился на семейную фотосессию с женой Юлией и сыном Антонием. И рассказал нам о том, чем он сейчас занимается и почему его нет в телевизоре.

22 июля 2016 г.

«Брак нужен женщине потому что это контракт» Кирилл Толмацкий a.k.a ДеЦл

Поло, Stone Island.

Помните смешного подростка, исполнявшего хит «Вечеринка у Децла дома»? Кому-то он нравился, а кого-то раздражал до такой степени, что появилась компьютерная игра «Убей Децла». С тех пор прошло почти пятнадцать лет, и многим кажется, что он пропал — ведь Кирилла не показывают по телевизору, интервью он практически не дает. Нам тоже стало интересно, куда же он делся. Мы разыскали Кирилла и обнаружили, что он по-прежнему выступает и выпускает альбомы. Просто наелся славы еще тогда, в ранней юности. Теперь ему комфортно в узком семейном кругу: с женой Юлией Киселевой, которая уже восемнадцать лет работает моделью, и 11-летним сыном Антонием.

Поло, Stone Island.

Кирилл, почему у вас с женой до сих пор не было ни одной совместной фотосессии? Раньше ни Юле, ни мне это не было интересно. О своей музыке я могу рассказать и другими способами, а Юле не хотелось, чтобы ее знали только как подругу Децла.

Cколько раз было: дружишь с человеком, помогаешь чем можешь, а потом он исчезает и не здоровается при встрече. Лучше не иметь друзей, нужно искать единомышленников.

**А сейчас что изменилось? **Юля: Во-первых, мы уже двенадцать лет вместе, и теперь уже понятно, что мы точно семья. На мой взгляд, глупо давать какие-то интервью, когда вы вместе всего год-два, — это еще не отношения. Кирилл: Есть и еще причина. Юля занимается современным искусством, у нее много проектов — и мы хотим об этом рассказать. Меня и так знают — хочется, чтобы мою вторую половинку узнали как творческую единицу.

На Юле: рубашка, DKNY; джинсы, Tommy Hilfiger. На Кирилле: пиджак, Stone Island; майка, Walk of Shame; джинсы, очки, ремень, кольцо, все собственность Кирилла.

**Давайте не откладывать в долгий ящик. Юля, расскажите о ваших проектах. **Я много рисую, есть какое-то количество моих картин, которые участвовали в сборных выставках. Есть проект «Кролик»: я, надев маску розового кролика, выхожу гулять в необычные места. Искусство должно порождать эмоцию в зрителе, и когда люди видят девушку в маске, они переживают эмоцию. Кролик — он не пытается ничего доказать. Под маской может оказаться любой человек. Я отказываюсь от персоналий, потому что их слишком много в современной культуре, где главное слово — «селфи».

Кирилл, вам и о себе стоит рассказать. Вы все эти годы серьезно занимались музыкой, но при этом вас нет в телевизоре — и кажется, будто вас вообще нет. Меня постоянно приглашают в телевизор, но я часто отказываюсь — не интересно. Музыка, которую я пишу, рассчитана на людей думающих — не на тех, которые едят все, что им дают, а на тех, которые сами выбирают, что им есть. Я так скажу: все, кому надо, знают, что я снимаю качественные клипы, что я, как и раньше, гастролирую по России и на Западе.

На Юле: платье, Versace; туфли, Christian Louboutin. На Кирилле: рубашка, джинсы, ботинки, ремень, кольцо, все собственность Кирилла.

**Кто на Западе ходит на ваши концерты? **Бывает, что конкретно под меня делают мероприятие, и приходит русская публика. А есть вариант, когда я выступаю с друзьями на западную публику. Есть, например, команда Yall, мы сотрудничаем уже лет семь, записали вместе много треков — но только сейчас они стрельнули. Их трек Hundred Miles попал в топы почти всех европейских чартов. Мы выступали на Ибице, на Майорке, в Барселоне, в Париже.

**Вы по-прежнему рэпер? **Нет, я музыкант. С течением времени я понял, что не стоит загонять себя в рамки: надо черпать отовсюду. Я слушаю музыку разных стилей, от регги до электро-дип-хауса. И сам постоянно экспериментирую.

Вы знаете свою аудиторию в России? Сколько человек вас реально слушают? У меня есть свой канал на YouTube, который работает без накруток: я сам хочу понимать, сколько у меня реальных просмотров и кто мои слушатели. В YouTube их около трехсот тысяч — это реально мои фанаты. Причем у меня нет никакой рекламы.

**При этом вы могли бы эту аудиторию увеличить в десятки раз, но не хотите. **Я хочу быть популярным на своих условиях. Я могу и на кулинарное шоу прийти, я не сноб. Но мне совершенно не хочется участвовать в каких-то нелепых шоу, не имеющих отношения к тому, что мне интересно, просто для того, чтобы миллионы людей меня увидели и поняли, что я никуда не пропал.

Многие артисты делают это не только ради славы, но и ради денег. Вы ведь совсем не богатый человек. У меня есть желание зарабатывать больше, чем сейчас. Но я понимаю, что для этого надо иногда переступать через свою совесть. А для меня честь все-таки важнее, чем деньги. У нас достаточно средств, чтобы одеться, обуться и купить все, что нужно ребенку, — а без остального можно обойтись.

Мы увлеклись китайским чаем и, чтобы различать вкус, отказались от алкоголя и сигарет. А потом перешли на здоровое питание.

Юля

Говорят, у вас есть бизнес. Неужели не приносит денег? Я бизнесмен-романтик, поэтому он очень мало приносит. Мы уже несколько лет продаем китайский чай, вапорайзеры и электронные сигареты. Кстати, мы с Юлей познакомились в чайной.

На Юле: свитер, Walk of Shame; джинсы, Tommy Hilfiger. На Кирилле: свитер, No. 21; джинсы, Stone Island; ремень, кольцо, все собственность Кирилла. На Тони: пиджак, Armani Junior; поло, Burberry.

Расскажите как. Это был такой закрытый чайный клуб для сноубордистов, парашютистов, летчиков, назывался «Штопор» или «Парабар», он сейчас не существует, но там можно было пропадать неделями: пить чай, читать книги, играть в бильярд, общаться. Там было много интересных людей, которые рассказывали потрясающие истории. Юля: Эти люди, адреналинщики, ходячие источники жизни и драйва. Они были зациклены не на зарабатывании денег, а на жизни, на ощущении момента... Мы с Кириллом познакомились, потом как-то созвонились, посидели вместе — и уже не расставались. Кирилл: На самом деле Юля мне позвонила. И что странно: я ведь никогда не поднимал трубку, если звонили с незнакомого номера, а тут поднял. Юля с подругой заехали ко мне, потом подруга уехала, а мы уже двенадцать лет вместе живем.

Вы женаты официально? Юля: Нет. Но я первая в очереди. Почему нет? Юля: Хороший вопрос. Я всегда считала, что если мужчина серьезно настроен, то как он может это доказать? Только жениться. Драконов сейчас нет. Кирилл: Я считаю, если люди любят друг друга, то им это не нужно. Всем женщинам этого почему-то хочется, но мужчинам это не нужно. Мне кажется, брак нужен женщине, потому что это контракт: если мужчина уйдет, то ей что-то достанется. Если я уйду, я в любом случае все оставлю Юле, никакой контракт мне не нужен.

**Юля, и как вы пытаетесь переубедить Кирилла? **Иногда я просыпаюсь по утрам и понимаю, что я его ненавижу. Начинаю его пилить по этому поводу. А потом я попью водички, выдохну — и все проходит. Кирилл: Я считаю, что у каждого свой путь. Это наш путь. Если в какой-то момент мы оба захотим этого, то распишемся. Пока мы так живем, у нас красивый умный сын растет. Это плод нашей любви. Я считаю, что дети не рождаются без любви. Как вы воспитываете Тони? Приучаем к труду. Я сам вожу его в школу, это у нас так заведено. Я такой папа, который все разрешает, все позволяет, а мама может дать строгача. Он несколько лет тоже ходил с дредами.

Почему остригли? Дети в школе дергали, ему периодически приходится давать сдачи. Еще он ходил на капоэйру, и ему стало тяжело отжиматься и делать колесо. А ему нравились дреды? Ребенку все нравится. И дреды нравились, и когда налысо побрили. А еще одного ребенка не хотите? Юля: Я Кириллу сказала: только после свадьбы. Кирилл: Значит, ждем свадьбы.