«Как-то раз вечером я провожала подругу до метро. Когда шла обратно, на меня напали. Отобрали сумку, порезали. Я видела, что за мной идут, но стыдно было побежать. После этого я и заявила маме: «Говори что хочешь, но я все-таки пойду работать в милицию».
С тех пор прошло десять лет. Милиция превратилась в полицию, мама смирилась, а на погонах Юлии Колосовой, которая в лицах рассказывает мне свою историю, красуются латунные звезды майора. Из героинь нашей съемки 35-летняя Юлия – старшая по званию. В 2003-м ее, одной из первых женщин, взяли в ОМОН служить и защищать наравне с мужчинами, а не сводить дебет с кредитом в бухгалтерии. Сейчас из более чем 2000 несущих активную службу сотрудников московского ОМОНа 50 – представительницы слабого пола. Времена, когда женщина в погонах ассоциировалась исключительно с экспертом-криминалистом Зиночкой Кибрит из советского телесериала «Следствие ведут ЗнаТоКи», ушли в прошлое вместе с веком. «Я мечтала носить погоны с тех пор, как в детстве примерила дедушкину фронтовую пилотку, – объясняет выбор профессии Юлия. – Играла не в куклы, а в «войну», «казаков-разбойников» с мальчишками, хотела быть пилотом военного вертолета, потом поступить в училище милиции. Но мама уговорила идти на юридический. После нападения я поняла, что не только не смогла постоять за себя – я стала бояться». Колосову из-за высшего образования взяли не в силовое подразделение: бойцы не могут иметь звание выше прапорщика, а диплом дает сразу офицерское. Юлия попала в отдел информации, теперь она начальник его отделения. Шучу, что служба у ксерокса и факса, наверное, не слишком опасна и трудна. Майор улыбается и терпеливо, явно не в первый раз, объясняет: «Вообще-то мы ищем на футбольных матчах, концертах, митингах зачинщиков драк. Сотрудники в штатском, без средств самозащиты находятся в толпе, наблюдают, передают бойцам сообщения по рации. Но если драка начинается, они оказываются в самом пекле». **Правда жизни **Свой ликбез майор Колосова проводит для меня в омоновском городке в Строгино у самой МКАД. Это целый квартал, обнесенный стеной с колючей проволокой. Внутри – гаражи с бронетранспортерами и «уралами», вольеры с овчарками и лабрадорами, спортивный стадион для тренировок и сама штаб-квартира ОМОНа, большое 8-этажное здание-квадрат со стерильной архитектурой и отделкой из белой плитки. Из-за нее, оглушительной тишины и отсутствия людей за забором ощущение, что попал на территорию больницы в тихий час. Где бойцы, бегущие к машинам под крики из динамиков «Группа срочно на выезд»? Где учебная стрельба по мишеням с портретами боевиков? Где аполлоны с обнаженными атлетичными торсами, упражняющиеся в подтягивании на перекладинах стадиона? «Настоящая служба спецподразделений не похожа на эффектную картинку из голливудских боевиков, – говорит Юлия. – Задачи у нас другие – не развлекательные».
**Красота – это сила **Отряды милиции особого назначения начали организовывать в разных городах СССР в 1988-м, на фоне перестроечных волнений. Но в 1992-м появились еще и специальные отряды быстрого реагирования, или СОБР. Сложилось разделение по функциям – и половому признаку. ОМОН обеспечивает охрану порядка на массовых мероприятиях. СОБР – полицейский спецназ – борется с организованной преступностью: штурмует бандитские логова, захватывает террористов, освобождает заложников. В СОБРе служат только мужчины.
«А я? Вот, видите мою футболку?» – к нам подходит младший лейтенант Екатерина Пулькова. На футболке желтыми буквами выведено: «СОБР». В ответ на мой удивленный взгляд 32-летняя Екатерина объясняет: она ведет видеосъемки на выездах спецназа. Работа полицейского оператора едва ли не опаснее работы штурмовых групп – Екатерина носит такие же, как у бойцов, форму, пуленепробиваемую каску и бронежилет, но при этом безоружна – руки заняты камерой. Ее жизнь часто зависит от того, насколько хорошо ее прикрывают коллеги. Хотя иногда женские чары оказываются эффективнее пуль и гранат: «Бывает, бандиты баррикадируются в квартире. Ломать дверь слишком долго. Ну что делать – снимаешь маску, стучишь и начинаешь кричать что-то в духе «Ах ты, козел! Опять ты там со своей ...!» Они думают: какая-то полоумная ревнивая баба перепутала квартиры – но симпатичная. И открывают».
**Герои спорта **Мечтать быть русской «солдатом Джейн» – главное, но не единственное условие для того, чтобы попасть в ряды ОМОНа. Еще надо с детства заниматься спортом. Екатерина увлекалась самбо и пинг-понгом. Юлия и 30-летняя старший инспектор отделения вооружения капитан Елена Сапега – баскетболистки. Старший сержант-кинолог 25-летняя Анна Бойкова играла в волейбол, ее коллега 28-летняя Оксана Стоецкая всегда любила бег, 35-летняя капитан Светлана Серкина, глава пресс-службы ОМОНа, – кандидат в мастера спорта по легкой атлетике. При приеме на службу женщины проходят те же тесты, что и мужчины, и так же должны соответствовать 1-й группе здоровья – когда на справках пишут не «практически здоров», как в поликлиниках, а «абсолютно здоров». Надо пробежать километровый кросс, 20 раз подтянуться, сделать за 10 секунд 15 упражнений на пресс (вместо отжиманий, как у мужчин).
Встав в строй, девушки раз в неделю занимаются физподготовкой. Отрабатывают приемы рукопашного боя, самбо, досмотра и конвоирования. И два раза в год сдают нормативы. «Мы же сотрудники спецподразделения и всегда должны находиться в готовности, – говорит Светлана. – Если что-то происходит в городе, так же, как наши мужчины, мы встаем в строй». Замечаю, что при такой нагрузке им, наверное, ни диеты, ни зарядка по утрам, ни фитнес по вечерам не нужны. У Юлии фигура танцовщицы латиноамериканских танцев, Светлана и Оксана – обладательницы модельных размеров. Оказывается, все наоборот – покой на досуге им только снится. Оксана, поклонница катания на коньках, этой зимой освоила лыжи, летом будет снова бегать и ездить на велосипеде. Анна по выходным плавает и играет в теннис. А Светлана дважды в неделю занимается в танцевальной студии на Петровке: «Если чувствую, что появляется животик, могу начать ходить и через день – за две недели возвращаюсь в форму». Со своим молодым человеком она познакомилась тоже на танцполе. Интересуюсь, на каком свидании сообщила ему о том, что служит в полиции. «Далеко не на первом, – смеется обаятельная блондинка-капитан. – Но даже когда я призналась, он не поверил. Пришлось показать удостоверение».
**Посмотри в глаза **Их жизнь проходит не в розовом, а в камуфляжном цвете, но на женственность это не влияет. Пока фотограф выстраивает кадр, девушки поправляют прически, смотрясь, как в зеркальце, в черный глянец своих шлемов.Они перешивают свою мешковатую форму – ее делают по единым и для женщин и для мужчин лекалам, без вытачек и приталивания. Вместо берцев, которые им выдают, девушки покупают за свои деньги другие, из более мягкой кожи. Но все равно ноги после рабочего дня приходится отпаривать в ванночках с солью.
Не удивительно, что они все как одна надевают платья-юбки-шпильки при первой возможности. Распускают волосы, красят губы – на службу по уставу нельзя приходить в ярком макияже. «Форма обязывает: внимание должно быть на нее», – объясняет Светлана. Так что никаких помад, румян, броских теней – максимум подводка и тушь. Оксана использует удлиняющую и разделяющую тушь Rimmel. Анна любит водостойкие карандаши Givenchy и тушь Eye Fly этой марки: «Она не течет и не осыпается – это важно при работе на улице». По той же причине почти все предпочитают увлажняющие или максимально жирные кремы, а Елена и Екатерина, мамы, – просто детские. А вот цвет ногтей воинский устав не регламентирует, и уж тут девушки отрываются по полной: популярнее всех яркие и стойкие лаки Shellac и Orly. Разве что у Светланы лак бежевый – но зато на каждый ноготь прикреплен цветок-наклейка. Правда, кинологи стараются покороче стричь ногти – длинные часто ломаются при работе с собаками. Из-за своих подопечных Анна и Оксана, к слову, почти не пользуются духами. **Железные леди **Они понимают, что вряд ли станут генералами и командирами. «Ну представьте себе: батальон, 300 человек мужчин, – а во главе женщина! – говорит Екатерина. – Но с нами в органах лучше. Мужчины подтягиваются. А хулиганы при задержании часто не то что не сопротивляются – даже не хамят». Съемка и рабочий день закончены, девушки переодеваются в облегающие футболки с вырезами, джинсы скинни, туфли на каблуках. Юлия поедет домой к 13-летнему сыну – он подумывает пойти по ее стопам, и она, в отличие от своей мамы, не собирается его отговаривать. Екатерина замужем за инструктором по огневой подготовке (познакомились, когда служили в одном взводе), улыбается: «А мой сын белый и пушистый растет. Даже мечтаю, чтобы меня из-за него в школу вызвали». Оксану ждет муж-полицейский, Анну – молодой человек, тоже сослуживец. Последний вопрос: кто у них в семьях главный? «Конечно мужчина, – не задумываясь, отвечает Анна. – Нам достаточно проявлять жесткость на работе». Светлана добавляет: «Служба делает девушек «взрослее». Ты не можешь расплакаться от разноса начальника, как 15-летняя девчонка, – на тебе же форма! А еще начинаешь по-другому смотреть на вещи. Если ребенок не пришел из гостей домой в 10 вечера, как обещал, мои «гражданские» подруги тут же подают в розыск. А я понимаю, что вечеринка могла просто затянуться. Но когда сын возвращается, я прошу его, чтобы такое больше не повторялось. И такое действительно больше не повторяется».
Фото: Илья Вартанян