Модное досье: Анастасия Романцова

Создательница бренда A La Russe Анастасия Романцова выпускает в сентябре свой первый парфюм – Rouge («Красный»). О долгой и извилистой «красной дорожке» к нишевому аромату и о том, чем пахнет для нее Россия, она рассказала Allure.
Анастасия Романцова интервью с основательницей бренда A La Russe о ее парфюме Rouge | Allure

Анастасия Романцова

Все началось с бабушки. Она у Анастасии была затейница-рукодельница и всю жизнь аккомпанировала себе и семье «фирменными» запахами. Любая вещь в ее доме имела свое ароматное звучание. «Бабушка была яростной противницей химии, – улыбается Романцова. – И умела делать ароматы. Нет, не духи, а просто милые бытовые отдушки. Даже в простынях в шкафу у нее лежали мешочки со всякими травками. А как она готовила! И все эти запахи смеши­вались, сводя меня с ума. На Пасху, когда бабушка пекла куличи, случалось просто торжество ароматов. Я до сих пор очень ностальгирую по запахам детства – корицы, ванили, свежеиспеченных пирогов». Желание вернуть бабушкину кухню стало отчасти стимулом создать свой аромат. Под брендом А La Russe, разумеется. «Сделать свой парфюм я хотела даже раньше, чем появился мой бренд». Но были очевидные препятствия. Во-первых, сделать духи просто так, из любви к искусству – затея красивая, но обреченная. Можно потратить деньги и даже запустить духи в продажу, но парфюм, за которым не стоит имя или бренд, не купит никто, кроме родственников. Да и родственники не купят, им он и так достанется. Во-вторых, Анастасия хотела, прямо как бабушка, обойтись без химии – чтобы духи были даже без спирта, полностью на натуральном сырье. А это особые технологии, которые требуют времени. Композиция только настаивается несколько месяцев, как хороший коньяк. У Анастасии был небольшой опыт: она делала свой личный парфюм, смешивая эфирные масла. Ее спрашивали: что это? Она загадочно улыбалась в ответ. Но то был скетч, набросок, теперь же предстояло сочинить «роман». Или написать симфонию. - **Москва–Флоренция **

Работа над ароматом началась два года назад, когда марка А La Russe уже утвердилась на московской земле. Тогда Анастасия решилась начать. Но куда было идти с этой идеей? Создать свой аромат сейчас несложно. От идеи до флакона. Под ключ. И сделать это можно, например, в Китае за пять тысяч евро. Приходишь и говоришь: «Ребята, мне нужен женский, густой, насыщенный, с легкими нотами жасмина и базовыми – уда». «Не вопрос!» – отвечают. И через неделю у вас первый вариант на пробу. Понятно, что такой путь Романцову не устраивал. Ей требовалось штучное изделие. Чтобы внучке не зазорно было передать – если не аромат, который не вечен, то хотя бы флакон: вот, голубушка, в наше время делали...

Главные ноты аромата Rouge от A La Russe – ваниль, жасмин и розовое дерево.

В ее ателье близ Тверского бульвара можно снимать кино о сладкой жизни конца XIX века, когда женщина, придя в модный салон, проводила там полдня: за чаем, болтовней, ну и примерками, разумеется. На стене висит подлинник Шишкина, посуда антикварная, ассистентки бойки и ласковы. Входит дама с собачкой и произносит: «Бонжур! Слыхали ли вы новость: Станиславский ставит новую пьесу Чехова! Какое-то птичье название – ах, забыла!» Только звонок айфона способен нарушить эту идиллию. Но, может быть, звонит как раз сам драматург Антон Павлович, чтобы уточнить: пьеса называется «Чайка». Эту атмосферу Анастасия созда­вала бережно и кропотливо, так что дополнить ее могли только особенные духи. Такие, которыми готова была бы пахнуть Нина Заречная, произнося свой монолог о людях, львах, орлах и куропатках.


Это образец флакона и этикетки, придуманный Романцовой. Окончательный дизайн на момент выхода номера еще не утвержден.

Короче, маршрут был очевиден. Во Францию! Обязывало и название марки, и вообще многовековая традиция. Небо? – Синее! – А духи? – Французские! И Романцова нашла очень симпатичную фирму, начала с ней переговоры. Но потом поняла: нет, не то. Фирма ориентировалась на массового покупателя. Что не хорошо и не плохо, просто концепция, кредо. «Мне же нужен был нишевый аромат, – объясняет Романцова. – С этими французами я планирую сейчас делать мыло. Но для духов стала искать других партнеров». Она вдруг вспомнила Флоренцию и бутик Aqua Flor на маленькой улочке, неподалеку от базилики Санта-Кроче. Для людей искушенных это достопримечательность города, почти как галерея Уффици, только вместо полотен тут старые шкафы со склянками, заполненными магическими жидкос­тями. Сюда обязательно заглядывают все парфманьяки мира. Строго говоря, Флоренция – родина европейской парфюмерии, отсюда Екатерина Медичи, отправляясь невестой в Париж, вывезла своего мастера, делавшего для нее духи (нишевые, какие же еще!). История почти детективная, странно, что про нее не сняли кино. А потом уже французы, выведав секреты флорентийца, превратили духи в национальный бизнес. Романцова, бывая во Флоренции, часто заходила в магазинчик, вдыхала, наслаждалась. Теперь она предложила семье Челони, владеющей бутиком, стать ароматными партнерами. Дума­ете, они сразу радостно закричали красивой русской девушке: «Si, prego!»? Нет. Это люди особого химического состава. У их бутика даже нет сайта, и синьор Силено Челони щепетилен, как средневековый алхимик. «Они очень трепетно относятся к заказчикам, – говорит Анастасия. – И скрупулезно отбирают партнеров. Мы сумели быстро им доказать, что достойны быть причастными к их истории. А нам приятно иметь их лого на флаконе». Кстати, когда жена Силено уви­дела Романцову, она тут же сказала: «Позвольте, ведь вы бывали здесь. Только у вас волосы были темнее». Именно! Парфюмеры запомнили Анастасию среди тысяч посетителей. Романцова решила: это знак! - **Красный и белый **

А потом началась литература. Анастасия писала длинные письма флорентийцам, обозначая все ассоциации, все милые образы, которые должен вызывать будущий аромат. Писала в буквальном смысле, ручкой на бумаге, красивым почерком. Что такое запах России, которую мы потеряли? «Нам нужен был аромат русской души, – объясняет Романцова. – Запах имбирных пряников, чугунного горячего утюга, ладана, морозного белья... Запах, который обволакивает».

Нам нужен был аромат русской души – запах пряников, ладана, морозного белья... Запах, который обволакивает.

Итальянцы помучились и прислали первый вариант. Оказалось, не то. Романцова расширила круг культурных ассоциаций. Первым делом отправила эпопею Пруста «В поисках утраченного времени», семь романов. «Не уверена, что они всю ее осилили...» – улыбается она. Потом автобиографию Набокова «Другие берега». Прочитали, усвоили, но полного счастья в пробирке с но­мерком пока не обнаруживалось. Анастасия перешла к кино­образам. «Русских актрис они, конечно, не знают, так что пользовалась европейскими. Говорила: уберите Монику Беллуччи и добавьте Тильды Суинтон. И они понимали меня!» Открою и «страшную» тайну Романцовой. Она старается рифмовать свою жизнь с лунным календарем (все женщины – немножко ведьмы, когда дело идет о красоте) и потому просила парфюмеров смешивать «зелье» на правильной луне.


На седьмой формуле стало ясно: гармония найдена. Роман почти написан. Оставались детали, мелочи, обер­тона. Я предложил было парфюм так и назвать: «Ля рюс № 7» – по очевидной аналогии с известным сюжетом от Chanel. Но у Романцовой был свой вариант. Она сразу запланировала два аромата. Зимний и летний. И назвать хотела соответственно. Пока основная борьба шла за зимний, который мы и вдохнем этой осенью. Но, поразмыслив, изменила концепцию. Теперь будут Rouge и Blanc. «Белый» мы услышим грядущей весной. А «Красный» уже разливается во флакончики. «Красный – это цвет России. Это любовь, и красота, и страсть, – говорит Анастасия. – И, кстати, мы проверяли: эти духи нравятся очень многим мужчинам, что немаловажно. Вам как?» Я отвечаю, что для меня тут многовато ванили. Анастасия соглашается, тут же лукаво придвигает мне вазочку с крупными шоколадными конфетами и говорит: «Попробуйте, это наши конфеты. У каждой свой вкус». Перед сладостями я устоять не могу.

Модное досье: Анастасия Романцова
ГалереяCлайдов: 3
Смотреть галерею
  • **Арабы и Собчак **

«В поисках утраченного времени» и верной формулы Романцова испы­тывала подруг. И не только. «Я при­ходила на деловую встречу и вдруг доставала из сумочки склянку: «Простите, можно я на вас проведу тест? Только не пугайтесь, это духи!» Пши­кала и просила описать эмоции и ассоциации, внимательно выслушивала. И все время носила аромат на себе: интересно ведь наблюдать, как реагируют люди. Как-то Анастасия была в Париже со своей новой коллекцией, встречалась с байерами из Арабских Эмиратов. Те рассматривали платья и взволнованно водили носами. Наконец не выдержали: «А чем от вас пахнет?» Узнали – обрадовались, похвалили. Близка и понятна арабам оказалась русская душа. Даже без запаха нефти. В новейшую эпоху у нас было несколько попыток сделать свои духи. Первыми стали Вячеслав Зайцев с «Марусей» и Алла Пугачева – с ароматом своего имени. Начало 1990-х, когда они вылились в свет, оказалось удачным моментом. Тем более что в производстве помогали французские фирмы. Продавались они хорошо. Но недолго: конкуренты из той же Франции забили их своими запахами. А Пугачева и Зай­цев рассчитывали именно на массовый рынок, на женщин среднего возраста и среднего достатка, слово «нишевые» никто даже не употреблял.

Красный – это цвет России. Это любовь, и красота, и страсть

Для широкой аудитории, кстати, те парфюмы были сделаны вполне качественно, некоторые дамы по ним до сих пор ностальгируют. Потом свои ароматы смешали Анжелика Варум, Лариса Долина, Валентин Юдашкин, Владимир Жириновский, и даже Юрий Лужков подарил общественности туалетную воду «Мэр». Это были уже скорее имиджевые затеи, особенно в случае с двумя последними джентльменами. Я осторожно интересуюсь у Романцовой: «А мужской парфюм хотите сделать?» – «Ой, – машет рукой Анас­тасия. – Нам надо сейчас эти два запустить. И, честно говоря, мужская душа для меня потемки. Девичья мне уж точно понятнее». ...И мы начинаем говорить о запахе старых книг, который Анастасия тоже хотела впустить в свое «зелье», но это оказалось уже слишком сложно. Наш разговор прерывает Ксения Собчак: приехала на примерку. Я точно знаю, что между делом Романцова даст ей на пробу Rouge. И быть может, Ксения Анатольевна, вдохновившись, даже продекламирует монолог Нины Заречной.

Модное досье: Анастасия Романцова
ГалереяCлайдов: 4
Смотреть галерею

Фото: ivan starikov. макияж: Chris Lanston. Прическа: Kristine Murillo. Продюсер: Арина Ломтева