Как одиночество и социальные сети привели девушек к трагедии

Поиск родственных душ в соцсетях закончился для москвичек Ани Павликовой и Маши Дубовик трагедией: девушкам грозит от 10 лет тюрьмы за экстремизм. Вместе с коррес­пондентом телеканала «Дождь» Когершын­ Сагиевой (@kogershin) Glamour разбирается, как это произошло. И при чем здесь любовь.
Дело «Нового величия» — подробности о фигурантах Марие Дубовик и Анне Павликовой

«Маша — девочка скромная, не пользовалась косметикой, никогда не встречалась с парнями. Ее подруга Аня интересовалась одним мальчиком из соцсетей, кто-то там ее привлек. Однажды она предложила Маше пойти на встречу чата — пообщаться. Ну, сходили, пообщались. Маша тоже там рассматривала ребят», — Наталья Дубовик, мама обвиняемой в экстремизме Маши Дубовик, имеет в виду телеграм-чат под названием «Новое величие». 15 марта 19-летнюю Машу, ее на тот момент 17-летнюю подругу Аню Павликову и еще восьмерых молодых людей обвинили в организации этой экстремистcкой, по версии следствия, группировки и взяли под стражу. История вызвала широкий общественный резонанс, в том числе и потому, что родители и адвокаты обвиняемых уверены: дело сфабриковано. Аня и Маша вовсе не мечтали о госперевороте. Скорее — о настоящей дружбе и первой любви.

Одиночество

Маша Дубовик. Студентка Ветеринарной академии (МВА им. Скрябина). В заключении зрение Маши ухудшилось с –2 до –5, также у нее обнаружили опухоль неизвестного происхождения.

Дружба

С любви к животным все и началось. Санитарка ветклиники Аня и студентка Ветеринарной академии Маша познакомились на профильной выставке: обменялись телефонами, стали переписываться, созваниваться, ездить друг к другу в гости. Это было год назад — в жизни девушек наконец появилась дружба. И ожидание большой любви стало еще более трепетным — мама Маши рассказывает, что подруги много секретничали, вместе мечтали о настоящих чувствах: «Когда Маша перешла на второй курс, вышло так, что однокурсники начали друг с другом встречаться. Дочь рассказывала, что после занятий все разбегались по парочкам, размышляла о том, что и ей надо начинать общаться с мальчиками». Аня об отношениях тоже думала, но была еще более стеснительной и робкой. «Аня у нас ребенок, — говорит Ольга Карлова, адвокат Павликовой. — Ребята из «Нового величия» даже подшучивали над ней — такая, мол, стеснительная, так и умрешь нецелованной». Несмотря на стеснительность и неопытность, чат «Нового величия» девочки считали не только кружком по интересам, но и своеобразным микротиндером. Аня и Маша были единственными девушками в компании парней, а значит, могли не опасаться конкуренции со стороны более уверенных в себе ровесниц, чувствовали себя чуть свободнее, чем среди одноклассников или однокурсников.

Аню и Машу будут судить по ст. 282 УК РФ («Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства»). Именно по ней сажают за лайки и репосты в соцсетях.

Активизм

Аня Павликова. Аня мечтала поступить в МГУ, но недобрала несколько баллов на ЕГЭ. Решила попробовать на следующий год, параллельно работая ветеринаром-­санитаром.

Эскалация

Хроника последующих событий похожа на краткий пересказ сразу всех романов Кафки: Руслан превратил виртуальный кружок в организацию с названием (придумал сам), уставом (написал), офисом (арендовал) и бое­вым отрядом; в какой-то момент он предложил ребятам учиться стрелять и кидать коктейли Молотова. Маша участвовать в таких тренировках отказалась — к тому моменту она познакомилась с парнем Вовой, тоже в интернете, но не в сообществе «Новое величие». Это стало еще одной причиной (помимо пугающих выездных стрельбищ), по которой у нее пропал интерес к активистам из чата. А вот Аня на полигоны ездила, о чем, конечно, не говорила родителям. Возможно, не могла отказать новым друзьям, боялась показаться предателем. Руслан Д. отлично это понимал и активно давил на девочку. «У нас сохранилась вся переписка, — рассказывает адвокат Павликовой Ольга Карлова, — Ане Руслан говорил: «Без тебя никак. Если ты сейчас уйдешь, тебя все посчитают крысой. Друзей у тебя не будет никогда, на всю жизнь это черное пятно». Смягчающим обстоятельством для следствия это не стало: ранним утром 15 марта 2018 года в дома подруг ворвались оперативники. После обыска девочек взяли под стражу и поместили в СИЗО — их обвинили в том, что они являлись организаторами «Нового величия» и намеревались с оружием ­идти на Кремль.

Защита

Когда об аресте стало известно прессе, больше 190 тысяч человек по всей стране подписали петицию в поддержку Ани и Маши. После призывов в соцсетях с тегами #FreeAnya #FreeMasha, акции «Марш матерей» и обращений чиновников и общественных деятелей к руководству Следственного комитета Аню и Машу перевели под домашний арест — после пяти месяцев в СИЗО­. Адвокаты уверены в том, что жизни девочек и других молодых людей были сломаны из-за деятельности профессионального провокатора, того самого Руслана Д., который сначала создал, а потом сам разоблачил группировку. Впереди суд — участникам «Нового величия», включая Аню и Машу, грозит от 10 лет тюремного заключения.

Давление

Психолог Елена Новоселова уверена: человеку, владеющему определенными психологическими техниками, обработать слабого и беззащитного совсем не трудно. И Аня, и Маша нуждались в родственных душах­, искали близкие, доверительные отношения и, найдя нечто подобное, боялись все это потерять, разрушить. Возможно, этим и воспользовался предполагаемый провокатор. «Этот человек, Руслан Д., использует очень грамотные посылы «без тебя никак», «будешь крысой». То есть обозначает два полюса: либо ты великий ­человек — либо последняя тварь. Будучи подростком, да еще и неуверенным в себе, невозможно выбрать ­вариант «стать крысой», — объясняет психолог. Дело не только в возрасте и наивности. История Ани и Маши могла произойти даже с вами. И с нами. Потому что и их, и многих из нас родители, школа, общество учат быть мягкими и послушными. Но мало кому с детства рассказывают о том, как важно отстаивать свои границы. «Обе девочки выросли в хороших семьях, их научили любить, дружить, но не научили говорить категоричное «нет». Девочки ведь в какой-то момент начали понимать, что история движется не туда, — размышляет Елена Новоселова, — но к настоящей драме привели неопытность, желание сохранить друзей и неумение отстаивать свое мнение». Мы уже привыкли ­искать в интернете ­подтверждение ­собственной значимости и друзей. Но кто ищет в интернете нас?

Профи-тролли. Вербовщики в терро­ристические группировки, сектанты и аферисты используют одни и те же приемы:

изучают профиль потенциальной жертвы и находят ее слабые стороны (например, стремление заработать, желание нравиться);
набиваются в друзья, всячески поддерживают, предлагают сочувствие и помощь, если они необходимы;
делятся некими историями успеха­ либо мечтами, суть которых одна: сейчас мы живем не очень, но вот рецепт, как сделать жизнь лучше;
просят сделать что-то для них. Первые такие поручения чаще всего несущественные­;
настраивают против окружения — вам начинает казаться, что близкие вас не понимают;
романтизируют свою деятельность. Предлагают то, что вы ищете (любовь, заработок, высшую справедливость);
а потом просят что-то взамен. На данном этапе жертва почти всегда добровольно готова расстаться с деньгами, убеждениями, здравым смыслом.