Glamour
Практика
Красота

До и после: высокая прическа

Главный редактор журнала Tatler Ксения Соловьева о том, на какие перемены она решилась ради юбилея Владимира Спивакова.

Не то чтобы при каждом удобном случае я, подобно астрологу Василисе Володиной, апеллировала к небесам, но тут не удержусь. По гороскопу я Весы, а значит, осторожно отношусь к переменам. Драматические решения – будь то покупка нового дивана или смена работы – даются мне непросто и сопровождаются длительными рефлексиями. Cто раз подумать, один отрезать – про меня. Последний раз я коротко стриглась лет в десять. Все последующие метаморфозы были вариацией модельной градуированной стрижки «аврора», которой в восьмом классе меня одарила революционная парикмахерская Звездного городка. Много лет я ношу длинные волосы с неровно подстриженными концами – их можно укладывать в big hair и превращаться в жительницу Манхэттена за ланчем в ресторане «Сант-Амбреус» или же просто лечь спать с вымытой головой, не причесываясь, и тогда наутро волосы будут немножко undone, как у главного редактора французского Vogue Эмманюэль Альт. Замочная скважина для экспериментов приоткры­вается только на вечерних мероприятиях, которые я посещаю по долгу службы. Но и тут я предпочитаю держать ситуацию под контролем: сайт «Сплетник» только и ждет, чтобы какой-нибудь горе-парикмахер подбросил дровишек в затухающий костер злословий. Поэтому, когда в день юбилея маэстро Спивакова моя добрая знакомая, хозяйка салонов Jean Louis David Татьяна Рогаченко, предложила тотальное преображение у двух французских мастеров, парикмахера Ришара Сольде и визажиста Жозе Санчеса, я вежливо отказалась. В светской иерархии торжественный ужин в Доме Пашкова был едва ли не главным событием года, и рисковать не хотелось.

Cто раз подумать, один отрезать – про меня. Последний раз я коротко стриглась лет в десять.

Однако Таня настаивала. Оказалось, что Ришар и Жозе – любимые парижские мастера самой Сати Спиваковой, а я точно знаю: получить горячее одобрение этой требовательной жительницы XVI округа ох как непросто! Выяснилось, что пару лет назад «Татлер» ангажировал креативный дуэт для парижских съемок Сати – и в той фотосессии ведущая «Нескучной классики», облаченная в кожаные, весьма далекие от классических шорты Louis Vuitton, выглядела юной девочкой-бунтаркой. В общем, я покорилась и в назначенный час прибыла в салон Jean Louis David на Комсомольском проспекте. Навстречу мне выпорхнули четыре обворожительные барышни, дочки Спиваковых. Болтая на французском, они расцеловались с заморскими профи: видно, что остались довольны результатом. Я сажусь в кресло к Жозе. Мы болтаем о том, как лет двадцать назад он встретил легендарного визажиста Стефана Маре, и это перевернуло его жизнь. Как он ищет вдохновение в прогулках по Монмартру, регулярных экскурсиях по Лувру и в испанской музыке, которая напоминает ему о корнях. Я показываю Жозе два платья: черное в перьях Lanvin – на концерт в Доме музыки – и струящееся зеленое Ester Abner – на ужин.

Визажист Жозе Санчес всегда наносит помаду кистью.

В обычной жизни я никогда не пользуюсь тональным кремом (только пудра с эффектом загара), но после отпуска на лице кое-где выступили пигментные пятна, и Жозе умело маскирует их средствами Laura Mercier – они легчайшие. Вечер обещает быть долгим, поэтому мы отказываемся от алой помады и решаем­ сделать акцент на глазах. За несколько минут мастерски отточенными движениями Жозе рисует стрелки. Нижнюю я все-таки прошу убрать – мои осторожные Весы ворчат, что я не похожа на себя, но верхняя линия меня полностью устраивает. И я в отличном настроении пересаживаюсь в парикмахерское кресло. Вообще Ришар, прошедший школу французского гуру Жан-Марка Маниатиса, – мастер кардинальных преображений, порой имеющих далекоидущие последствия: скажем, не так давно он отстриг волосы одной клиентке, и та позвонила ему в слезах счастья: наконец-то нерешительный бойфренд сделал ей предложение. Но даже столь заманчивая перспектива не прибавляет мне смелости: я согласна только на новую укладку. «Шарлиз Терон на «Оскаре», – произносит мастер твердо. Почему бы и нет?

Парикмахер Ришар Сольде использовал много лака и сухого шампуня.

Тут меня ждет сюрприз: месье Сольде категорически отказывается мыть голову. Я протестую: «Как же так, я мыла волосы вчера утром», – но он всего лишь наносит сухой шампунь, который делает их податливыми и текстурированными. Оказывается, когда пряди скрипят от чистоты, невозможно добиться нужной формы. Ришар быстро накручивает волосы на крупные бигуди и закалывает мелкие пряди невидимками, предварительно сбрызгивая каждую лаком. На первый взгляд он действует хаотично, но постепенно из хаоса проступает гармония естественности. Пряди на лбу Ришар фиксирует мелкими заколками-крабами и еще раз щедро поливает меня лаком. Потом снимает крабы: волосы сохраняют форму волны. «У вас длинная шея. Когда я увидел зеленое платье, сразу подумал о балерине. Но мне хотелось сбить гламурный пафос, придать образу сумасшедшинку, рок-н-ролльный налет», – говорит стилист напоследок. Получилось. Прическа достойно выдержала и четырехчасовой концерт в Доме музыки, и сорокаминутное выступление Земфиры в Доме Пашкова. «А знаешь, тебе идут короткие волосы», – заметил мой близкий друг. Может, все-таки подстричься?

Фото: Тимур Артамонов, Марина Крылова