Lifestyle

Lifestyle / Карьера

Рука, качающая колыбель

Glamour встретился с Еленой Альшанской, создательницей фонда «Отказники», благо­даря неравнодушию которой этот мир стал немного лучше.

Почти за каждым из благотворитель­ных фондов стоит личная ис­тория одного человека, ­который однажды лицом к лицу столкнулся с несчастьем других людей и не смог пройти мимо. Так же началась и деятельность 30-летней Елены Альшанской – создательни­цы фонда «Отказники» и одного из идеологов прое­кта «Подмосковье – территория без сирот». Уже несколько лет Елена и ее соратники помогают отказникам – детям, оставшимся и без заботы родителей (которые отказались от них в роддоме или которых лишили родительских прав), и без помощи государст­­ва, вынужденным годами жить в больничных палатах.

Дело случая

Все на­чалось в 2005 году: заболела моя годова­лая дочка, и мы оказались с ней в под­мос­ко­в­ной больнице. Самой обы­чной – из тех, что, кажется, никогда не ремонтировались, со старыми кроватями, обшарпанными стенами и столетним выщерб­ленным дубовым паркетом… Дочке было скучно сидеть в палате, мы вы­­шли погулять в больничный коридор, и я сразу услышала детский плач. Он до­носился от­куда-то из дальних палат и был настолько громкий – малыши не плакали, они просто выли, – что его невозможно было выносить. Я пошла на звук и увидела, что в пяти палатах подряд лежат ма­ленькие дети. Комнаты представляли из себя крошечные боксы на одного-двух детей, где они лежали абсолютно одни.­ Окна были плотно занавешены,­ и только там, где находились ­малыши постарше, шторы были чуть приоткрыты.

Сначала я решила, что в районе началась чудовищная эпидемия, и поэтому в больницу привезли много больных детей – по всей ви­димости, тяжелобольных, раз они так сильно плачут. К детям никто из персонала больницы не подходил, и я зашла к медсестрам: «А где же мамы этих детей, которые так громко плачут? И почему к ним никто не подходит?» – спросила я. Мне объяс­нили, что у этих детей нет мам, они – социальные сироты. А еще сказали, что они ничем не больны и не нуждаются в срочном лечении, а сильно плачут, просто потому что дети. В тот же день я пошла к заведу­ющей. Выяснила у нее еще одну­ шокирующую подробность – на этих детей государство больнице денег не выделяет. Одежду, подгузники, пеленки, игрушки, кото­рые у них есть, приносят сами врачи и медсестры и некоторые женщины, которые лежат в соседних палатах со своими детьми… Я была потрясена. Мне каза­лось, что Подмосковье – совсем не то место, где могут происхо­дить подобные вещи, ведь здесь живут достаточно благополучные люди. Оказалось, что никто из них, включая меня, и не догадывается, что где-то рядом в оди­ночестве лежат, смот­рят в потолок и взрослеют дети, которые никому не нужны.

Дети громкие и дети тихие

Очевидно, я задава­ла слиш­ком много вопросов, поэтому из больницы нас ­довольно быстро выписали. Первое, что я стала делать, когда вернулась домой, – это собирать малышам вещи. Затем решила пойти по ведомствам, чтобы выяснить, почему на так называемых отказников больницам не выделяют деньги. Взяла спра­вочник и постаралась понять, кто в районной управе может объяснить мне суть происходящего. Я начала звонить, затем пошла на прием к одному местному начальнику. Мое первое общение с представителем власти было неудач­ным. Он просто отрицал то, что я видела своими собственными­ глазами: ­«Девушка, никаких­ детей в больнице нет». – «Ну как же? Я ведь их видела!» – «И как долго вы их видели? Три дня? Ну вот они там эти три дня и лежали». Но де­ти находились  в больнице совсем не три дня! Они могли жить там ­годами с самого рождения – как тот трехлетний мальчик,­ о кото­ром мне ­рас­сказывали все – от заве­дую­щей до медсестер.

Я не могла не думать об этих детях и очень скоро поняла, почему они в палатах так громко кричали и плакали. Дело в том, что в медучреждении работали две смены: персонал первой малышами занимался – медсестры брали их на руки, заботились о них, играли с ними, а другая смена на детей внимания поч­ти не обращала. Поэтому ко­гда на дежурство заступали вторые, малыши начинали плакать, ведь они уже знали, что могут рас­­считывать на чье-то внимание. Они прос­то­­ требовали общения с людьми, ­которое могли получить и кото­рого им не хватало… Уже потом, когда мы с группой волонтеров стали объезжать подмосковные больницы в поисках отказничков, мы видели детей, которые не плакали, – и это бы­ло зрелище гораздо более страшное, чем надрывающиеся в кри­ке младенцы. Только представьте: полугодовалые дети лежат в кроватках в абсолютной тишине. Сразу становилось ясно, что к этим детям никто и никогда не подходит. Даже если малыш поначалу и плакал, очень быстро он понимал, что это бессмысленно – окружающая его вселенная пуста. И замолкал.

Группа товарищей

Естественно, мне сразу же пришла в голову мысль усыновить одного из этих детей. Но, во-первых, тогда был против мой муж, а во-вторых, я понимала: либо я беру одного­ ребенка, либо пытаюсь помочь ­гораздо большему количеству ребят... Цель у меня была одна – я хотела, чтобы «такого» больше не было! Я собиралась выяснить, почему здоровые дети, от которых отказались родители, годами лежат в больнице и у них ничего нет. Поначалу я действовала наивно и задавала глупые вопросы. Но мною двигала уверенность в том, что я все-таки могу им хоть как-то помочь! Я опубликовала сообщение в «Живом журнале». И благодаря сарафанному радио мы собрали первую материальную помощь. Тогда я и мои друзья не знали, что конкретно необходимо делать, но понимали, что надо действовать. Несколько человек отдали свои квартиры под скла­ды.­ 

Мы собирали вещи и развозили их по подмос­ковным больницам, где, по нашим сведениям, лежали­ отказники. Больниц, где для таких ребятишек самостоятельно искали спонсоров, нанимали нянь и покупали подгузники, почти не было – помощь нужна была всем. Скоро стало ясно, что одними подгузниками проблему не решишь – детям нуж­ны внимание и уход. Мы начали искать им семьи. А параллельно ходи­ли по инстанциям. В результате нашей деятель­ности мы достигли­ взаимопонимания с областным минис­терством. Год назад было принято постановление, согласно которому на таких детей стали выделять деньги. И их ­начали активнее и быстрее переводить в Дома­ ребенка, где теоретически их могли бы увидеть потенциальные родители и усыновить.

Сила – в правде

Были люди, кото­рые хоте­ли помочь не толь­ко деньгами, но и лично – ездить в больни­цы и нянчить малышей. Мы объявили о наборе волонте­ров. Но скоро стало понятно, что многие просто не готовы к подоб­­ной работе. Когда человек шел в боль­ницу, ему представлялось, что он зайдет в палату, возьмет малыша на руки, посидит с ним, поиграет. Однако в реальности все обора­чивалось не сов­сем так. Для некоторых поход к ребенку оказывался глубочайшим эмоциональным пот­рясением, и по­сле первого же посещения они отказывались от дальнейше­го сотру­дниче­ст­ва. Ведь больница – это даже не Дом ребен­ка, где создаются хоть ка­кие-то условия для жи­з­ни де­тей, а нечто гораздо более прозаичес­кое… В общем, мы поняли, что волон­теров надо тщательно отбирать и готовить – теперь это делает психолог, но все равно при первой возмо­ж­ности мы заменяем добровольцев профессиональными нянями.

После того как мы взяли на себя часть забот по уходу за детьми, с нами стали считаться. Нам удалось что-то изменить, но скажу честно: много малышей продолжают лежать в больницах… Мы живем и не знаем, что ­рядом – беда. Мы не замечаем тех, кто страдает, тем более что нас стараются от них оградить. Но если закрывать глаза и ничего не делать, то этот мир за нас будет строить кто-то другой – возможно, не так, как нам бы того хотелось. Когда я только начинала, казалось, что я бьюсь о непробиваемую стену. Сейчас этого чувства у меня нет. Мне удалось слегка улучшить маленький кусочек реальности. А если нас – тех, кому не все равно – будет много, мы сможем сделать все!

Как сегодня могли бы одеваться героини сериала «Секс в большом городе» Как сегодня могли бы одеваться героини сериала «Секс в большом городе»
Кайли Дженнер, Адель, Бейонсе и еще 50 девушек, которые умеют обходиться без макияжа Кайли Дженнер, Адель, Бейонсе и еще 50 девушек, которые умеют обходиться без макияжа
Не родись красивой: знаменитые красавицы до и после пластической хирургии Не родись красивой: знаменитые красавицы до и после пластической хирургии
Клейкая лента, утягивающее белье и другие хитрости звезд Клейкая лента, утягивающее белье и другие хитрости звезд
50 идей маленьких и лаконичных татуировок 50 идей маленьких и лаконичных татуировок
Les Belles de Nina: мини-сериал Nina Ricci и Glamour, часть 3 Les Belles de Nina: мини-сериал Nina Ricci и Glamour, часть 3
Мисс бикини: 40 лучших Instagram-фото звезд в купальниках Мисс бикини: 40 лучших Instagram-фото звезд в купальниках

Битвы

Кейт Миддлтон 0%

Дрю Бэрримор 0%

VS

Самое интересное на Glamour

подписка на
Glamour
Glamour
на вашем планшете
и смартфоне
Glamour
shopping
facebook

Glamour Россия
в Facebook

vkontakte

Glamour Россия
в Vkontakte

Twitter

Glamour Россия
в Twitter

youtube

Видео-канал
Glamour Россия

instagram

Glamour россия
в instagram

Instagram
google+

Glamour россия
в google+