Звезды

Звезды / Glamourama

«Когда я осознала, насколько он прекрасен, то влюбилась без памяти»: интервью с Натальей Водяновой

33-летняя Наталья Водянова работает супермоделью, супермамой троих сыновей и одной дочери и супергероем: ее благотворительный фонд «Обнаженные сердца» помогает тысячам российских детей с нарушениями развития и их родителям.

Платье, серьги, браслет, все Dior.

Мы с Натальей встречаемся в Париже, где она живет с бойфрендом Антуаном Арно, их маленьким сыном Максимом и тремя детьми от брака с Джастином Портманом: Лукасом, Невой и Виктором. Прошло всего несколько дней с тех пор, как террористы атаковали редакцию сатирического издания Charlie Hebdo, и настроение в городе тревожное. Мы обедаем в ресторане отеля, и Водянова говорит: «Я первый раз за два дня вышла из дома». Наталья не подает вида, что ей страшно: она с детства привыкла ничего не бояться.

Водянова выросла в Нижнем Новгороде, в семье без отца. Жили бедно: сестра Наташи Оксана родилась с аутизмом и церебральным параличом и нуждалась в специальном уходе, поэтому их мать Лариса не могла устроиться на постоянную работу. 

Когда Наташе было одиннадцать лет, она уже продавала фрукты с лотка. А в семнадцать переехала в Париж и стала работать моделью. Фотограф Марио Тестино назвал ее Supernova (сверхновая звезда) — и ее звезда сияет по‑прежнему ярко. В индустрии, где все помешаны на юности, 33‑летняя Водянова работает почти полжизни и уходить не собирается. 

Любопытный факт: в марте 2011‑го и 2013‑го Наташа участвовала в парижском полумарафоне и выходила на подиум на показах Givenchy — в один и тот же день. В этом году она в очередной раз попала в список самых высокооплачиваемых моделей по версии журнала Forbes, и сейчас ее можно увидеть в рекламе Stella McCartney и Guerlain. 

Но самое значимое для нее достижение лежит не в области моды. Благотворительный фонд «Обнаженные сердца», на создание которого Водянову вдохновила сестра Оксана, поддерживает семьи, где есть дети с нарушениями развития. За деятельность фонда Наталья получила множество наград, стала первой «Женщиной года» по версии российского Glamour еще в 2005‑м, за нее же проголосовали соотечественницы в 2012 году, а в 2014‑м и американский Glamour признал ее «Женщиной года». 

Для Водяновой важно заботиться о других людях — и я почувствовала это на себе. Когда мы закончили обедать, появилась новость, что по улицам Парижа разгуливает вооруженный преступник — недалеко от отеля, в котором мы встретились. Сообщение оказалось уткой, но Наталья настояла, чтобы лично проводить меня до такси. Она подошла к припаркованной у обочины машине: огонек выключен, водитель явно не собирался никуда ехать. Она посмотрела на него своими невероятными голубыми глазами и попросила отвезти меня на вокзал. Поверьте, никогда еще я не видела парижского таксиста, который настолько горел бы желанием услужить. 
 

Платье, Chloé; ботильоны, Louis Vuitton; серьги, Beladora; браслет, Fred Leighton.

Значит, вы два дня не выходили из дома?
Я рада, что могу поговорить со знакомым человеком, такая напряженная атмосфера в эти дни...

Давайте поговорим о приятном. Вы выросли в России. Как это повлияло на ваши представления о красоте?
В детстве я смотрела советские фильмы, снятые в 1940–1970‑х годах, — их показывали по телевизору. Женская красота, безусловно, была инструментом пропаганды. В кино у женщин белки глаз были белее снега, улыбки — ослепительными. Жизнь в стране была трудной, а образы из фильмов мотивировали людей быть сильными, не сдаваться. Когда я познакомилась с западным кино, моей иконой стала Одри Хепберн. В ней столько жизни! Обожаю «Сабрину», «Римские каникулы».

В детстве я всегда была одна. И даже сейчас, когда меня окружают любимые и любящие люди, я хорошо помню, что такое одиночество.

Я слышала, что у вашей бабушки, с которой вы какое‑то время жили в детстве, были длинные рыжие волосы и она всегда носила красную помаду.
Не только: она каждый день делала полный макияж и высокую прическу. Но это был уже последний этап сборов на работу. Сначала она вставала в шесть утра, бегала в парке и плавала в озере, в ледяной воде. Когда бабушка приходила домой, от нее пахло снегом.

Какие бьюти‑советы она вам давала? 
Однажды бабушка поймала меня перед зеркалом с пинцетом в руках: я пыталась выщипать брови. Она сказала: «Ты пока не понимаешь этого, но брови — твое главное достоинство». 
 

Блузка, брюки, все Gucci; серьги, Amedeo.

Расскажите про ваш первый кастинг в Нижнем Новгороде — на него вас пригласил скаут, заметивший вас у лотка с фруктами. 
В комнате собрали девушек. Они, бедные, встали в ряд, все в мини‑юбках. Мимо этого строя прохаживался мужчина, нагло разглядывал их, как товары на рынке, — он явно получал от этого удовольствие. Я стояла в углу, и другой человек сфотографировал меня. Так меня и открыли. 

Рассказывают, бабушке пришлось вас уговаривать сесть в самолет и лететь в Париж. Почему вы сомневались? 
Да, она покупала мне билеты на самолет, а я говорила: «Мне и здесь хорошо. У меня есть моя маленькая жизнь, мой лоток с фруктами приносит деньги». На самом деле глубоко внутри у меня был страх: а что если ничего не получится и придется вернуться?

Я часто пропускала школу, потому что мне пришлось работать с одиннадцати лет. Не хочу, чтобы то же самое повторялось с другими детьми.

Для вас это был огромный шаг — переехать в семнадцать лет в Париж.
Живя в России, я чувствовала, что на улице со мной может произойти что угодно — меня могут избить, ограбить. В школе были и девичьи, и мальчиковые банды, которые могли поколотить за одно неправильное слово. Приходилось защищаться. Когда я приехала в Париж, я не говорила ни по‑английски, ни по‑французски. Мне казалось, что нужно продолжать обороняться ото всех.

Из‑за этого вы заработали соответствующую репутацию в индустрии?
Вполне возможно. Вы не представляете, какая я была резкая. Мне было семнадцать, и я была совершенно одна — друзей вообще находить нелегко. Прошло много времени, прежде чем у меня появился близкий друг. Однажды он сказал мне: «Ты больше не в Нижнем. Здесь можно и нужно улыбаться». Для меня это стало шоком. Поговорив с ним, я поняла, что это полезно для адаптации в обществе и, значит, для моей карьеры.

Вам сейчас тридцать три. Раньше век модели был недолог. Сколько еще вы собираетесь работать перед камерой? 
Мне кажется, это всегда будет частью моей жизни. Я обожаю свою работу! 

Блузка, боди, шорты, ботфорты, все Givenchy by Riccardo Tisci; серьги, Altuzarra.

Как вы считаете, в Америке больше развит культ юности, чем в Европе?
Конечно. Думаю, помешательство на юности связано с «молодыми деньгами»: я был никем, а стал всем, и теперь мне нужна самая новая машина и самая молодая девушка. Здесь, в Европе, все не так. Рядом с Катрин Денев вы чувствуете, как все вокруг ею восхищаются.

За вашу благотворительную деятельность американский Glamour наградил вас титулом «Женщина года». Когда вы основали фонд «Обнаженные сердца» в 2004 году, у вас был прекрасный муж, замечательный сын, работа, о которой можно только мечтать. Появилось ощущение, что чего‑то не хватает?
Я помню момент в 2003 году, когда я почувствовала себя потерянной. Если ребенком ты привык бороться за выживание, потом трудно сказать себе: «Так, мне двадцать один, у меня прекрасная жизнь, и я буду ею наслаждаться, потому что я этого заслуживаю». Вместо этого я думала: «Почему я все еще работаю моделью? Что будет дальше?» А когда случился теракт в Беслане, я поняла, что необходимо использовать индустрию, в которой работаю, чтобы помогать тем, кто нуждается в этой помощи.

Я добилась, чтобы моя семья больше ни в чем не нуждалась, и задумалась: «А что же дальше?»

Наверное, вы чувствуете огромную радость, потому что помогаете детям, похожим на вашу сестру Оксану.
В детстве я любила ее больше всех на свете и так же люблю до сих пор. Но вместе с тем я всегда знала, что огромная часть наших семейных трудностей как раз из‑за того, что Оксана — особенная. Она росла в любви и, как мне казалось, ни в чем не нуждалась. А вот себя я видела ребенком, находящимся в трудной жизненной ситуации. 

У сверстников тоже были свои проблемы: родители‑алкоголики, побои в семье или в школе, неуспеваемость, наезды дворовых компаний, наркотики, клей в подъезде... Поэтому, создавая «Обнаженные сердца», я думала обо всех детях. В самом начале деятельность фонда не была сфокусирована на детях с особенностями — мы строили игровые парки для ребят всех возрастов, интересов и возможностей. Помню открытие первой площадки неподалеку от дома, где прошло мое детство. Я разрезала ленту, площадку заполнили малыши, они смеялись от радости. Мне кажется, это был самый прекрасный момент в моей жизни. Я поняла, что такой парк мог бы изменить жизнь многих из тех, с кем я росла, и расплакалась.

Давайте поговорим о вашей семье. Ваш бойфренд Антуан — человек из бизнеса: он управляющий директор бренда Berluti и член совета директоров модного концерна LVMH. У вас была любовь с первого взгляда?
Не совсем. Сначала я открыла для себя исключительно талантливого, многогранного, чуткого и творческого человека. Как он играет на фортепиано! Мне было интересно узнавать его. А когда я осознала, насколько он прекрасен, то влюбилась без памяти. Правда, в начале отношений у нас, как и у многих пар, был период, когда каждый тянул одеяло на себя. 
 

Платье, Rochas; ­ботильоны, Louis Vuitton; серьги, кольцо, все Sabine G.

То есть вы решали, кто в ваших отношениях будет любить, а кто — позволять любить себя?
Антуан — избалованный женским вниманием мужчина, он привык, что женщины хотят быть рядом с ним. Я тоже хочу быть с ним рядом, но я очень независима. И для меня отношения на равных — это приоритет.

В семье, в которой вы выросли, царил матриархат?
Да. Моя бабушка была главной. А дедушка оставался настоящим джентльменом, даже когда ему было за восемьдесят. Если он по старости забывал открыть перед бабушкой дверь, она могла устроить ему взбучку. В отношениях с Антуаном я счастлива, мы нашли баланс. Я его обожаю, а он обожает меня. Иногда он включает «настоящего мужика», но мне это нужно. Например, в самом начале он как‑то сказал: «Ты не полетишь в эту поездку, ты слишком измотана. Тебе нужно остаться дома». И повторил это в трубку моему агенту. Я была в бешенстве от этой «инициативы», но тогда я действительно осталась дома и была благодарна Антуану.

Я люблю Louis Vuitton, Dior, Stella McCartney, Valentino, Givenchy. Мне часто дарят наряды. Но больше всего радости мне принесло белое пальто из кожзаменителя, которое мне купила мама, когда мне было ­пятнадцать.

Вы оба можете работать бесконечно.
Да, Антуан тоже трудоголик. Но он, в отличие от меня, также понимает, что нужно уметь отдыхать и набираться сил.

Вы хотите еще детей?
Мы планируем родить пятого.

Ничего себе! Смело.
Да, я немного сумасшедшая.

Вас не так просто испугать.
Потому что, если вдруг наступает момент слабости, я повторяю себе: «Подожди. Все здоровы. Мир не рушится. Жизнь продолжается».

суперсила

Водянова создала «Обнаженные сердца» в 2004 году. за это время фонду удалось сделать не много, а очень много.
Российские некоммерческие организации, работающие с такими детьми, получают собранные «Обнаженными сердцами» средства. Ежегодно более тысячи ребят с нарушениями отправляются в специализированные интегративные летние лагеря. На международный форум «Каждый ребенок достоин семьи», который фонд организует ежегодно, приезжают мировые эксперты и сотни российских специалистов. 

С сентября 2013 года в Нижнем Новгороде действует программа обучения учителей коррекционных школ работе с детьми с расстройствами аутистического спектра. Благодаря этому проекту сотни детей получили шанс пойти в школу — это первый успешный опыт такого масштаба в России. За десять лет работы фонд передал более 35 миллионов евро на развитие системы бесплатных услуг для детей с нарушениями развития и игровые объекты.

образ с обложки

Платье и серьги, все Louis Vuitton.

Платье, серьги и браслет, все Dior.

Помада Kiss Kiss, So Plumi, 2000 руб., Guerlain.

Помада Kiss Kiss, So Plumi, 2000 руб., Guerlain.

образ в жизни

Блузка, 1999 руб., Kira Plastinina.

Блузка, 1999 руб., Kira Plastinina.


50 идей маленьких и лаконичных татуировок 50 идей маленьких и лаконичных татуировок
Как сегодня могли бы одеваться героини сериала «Секс в большом городе» Как сегодня могли бы одеваться героини сериала «Секс в большом городе»
Не родись красивой: знаменитые красавицы до и после пластической хирургии Не родись красивой: знаменитые красавицы до и после пластической хирургии
Кайли Дженнер, Адель, Бейонсе и еще 50 девушек, которые умеют обходиться без макияжа Кайли Дженнер, Адель, Бейонсе и еще 50 девушек, которые умеют обходиться без макияжа
Les Belles de Nina: мини-сериал Nina Ricci и Glamour, часть 4 Les Belles de Nina: мини-сериал Nina Ricci и Glamour, часть 4
Клейкая лента, утягивающее белье и другие хитрости звезд Клейкая лента, утягивающее белье и другие хитрости звезд
Такая разная: аромат для переменчивых натур Такая разная: аромат для переменчивых натур
Мисс бикини: 40 лучших Instagram-фото звезд в купальниках Мисс бикини: 40 лучших Instagram-фото звезд в купальниках

Битвы

Кейт Миддлтон 0%

Дрю Бэрримор 0%

VS

Самое интересное на Glamour

подписка на
Glamour
Glamour
на вашем планшете
и смартфоне
Glamour
shopping
facebook

Glamour Россия
в Facebook

vkontakte

Glamour Россия
в Vkontakte

Twitter

Glamour Россия
в Twitter

youtube

Видео-канал
Glamour Россия

instagram

Glamour россия
в instagram

Instagram
google+

Glamour россия
в google+